В продолжение http://abbra.livejournal.com/137196.html отличная презентация о том, как работали CDO и как они обвалились: http://youtube.com/watch?v=eb_R1-PqRrw%20

Презентация сама по себе очень хороша с педагогической точки зрения.

Статья в Guardian о токсическом эффекте залоговых долговых обязательств, из-за которых и произошел нынешний кризис, по мнению многих экспертов. Рынок CDO, возникший в 1987 году, особенно активно развивался в 2004-2007. И рухнул. Да так, что только в Великобритании в 2007 году объем таких обязательств составлял 1.4 триллиона фунтов стерлингов, практически валовый национальный продукт Великобритании.

Фактически, это повторение ситуации с ГКО, только на гораздо более масштабном уровне...

New York Times пишет о том, как наследие графа Цеппелина кормит 57000 жителей города Фридрихсхафен в Германии. Цеппелин в начале XX века основал фонд, пожертвования в который шли на работы по созданию дирижаблей. Он постановил, что управление фондом должен быть передано городу, если станет невозможным дальнейшее проведение работ по дирижаблестроению. После второй мировой войны французские оккупационные власти отдали фонд администрации Фридрихсхафена. Фонд владеет долями в разных предприятиях-наследниках бизнеса Цеппелина, так что дивиденды от их успешной деятельности идут в фонд, а через него -- в казну города. Отчисления невелики в процентном отношении, но составляют от 60 до 80 миллионов долларов в год, поскольку сами предприятия стали довольно крупными: например, ZF Fridriechschafen занимается производством запчастей для автомобилей и зарабатывает около 20 миллиардов долларов в год, а на предприятиях компании работает около 60 тысяч человек по всему миру. Так что фонд неожиданно оказался драгоценным, а то, что он принадлежит городу, понравилось не всем. В последней четверти XX века даже были судебные разбирательства, результатом которых стало то, что фонд стал тратить деньги на развитие дирижаблестроения. Эта деятельность защищает город от домогательств: сейчас четыре построенных дирижабля, несмотря на то, что они все работают в убыток, позволяют сохранить городу власть над фондом и доходы в городском бюджете, строить социальные объекты и поддерживать инфраструктуру города. Интересно, что уровень безработицы в регионе всего 2.5%, многие жители работают на предприятиях, владельцем которых является фонд графа Цеппелина.

А начиналось все с народных пожертвований 108 лет назад...

Это обязательно для прочтения: "Счастье быть программистом" в исполнении Густаво Дуарте.

Начав с дискуссии у vitus_wagner, я все-таки решил вынести эту мысль из комментариев. Сейчас идут споры: зачем Nokia и компаниям открывать Symbian под Eclipse Public License.

Люди покупаются на моду. iphone сделал модным multitouch, даже если он и не нужен. iphone сделал модным браваду и "хакерство": теперь, чтобы быть денди, нужно иметь взломанный iphone. Это такой вызов обществу, игра, в которую общество с радостью играет. Подсознательный выпуск пара, сознательная провокация и фронда, которая ничего на самом деле угрожающего на своего носителя не привлекает. Это сдвиг сознания в область "они -- старые, а мы -- современные". За таким сдвигом легко рванут небольшие (и большие) компании, которые пишут игрушки и что угодно для мобильного потребителя. Такое уже было с рингтонами и картинками -- мы говорили, что это дурость и ими никто пользоваться не будет, а между тем ушлые компании, нанимающие по 300-400 человек клепать рингтоны и картинки создали отрасль на миллиарды долларов (400 млн. долларов только в России в 2006 году) -- в 2007 было продано около миллиарда телефонов по миру, рынок есть.

Так что пока будет быть модно iphone hackers, будут поставщики стиля для iphone hackers. То, что "хакеров" сейчас мало (6 миллионов), позволяет им позиционировать себя как элиту, фронду, стиль жизни и прочее. А расторопным бойцам рядом -- делать на них деньги.

И самое главное -- эти расторопные бойцы уходят с других платформ туда, где легче писать и где _будет_ больше пользователей. Не где они есть сейчас, а где они будут этой ночью. Снегопад придет после полуночи. Вот этого Symbian Foundation и боится.

Об этом отлично писала Урсула К. Ле Гуин в "Малафрене" (1979).

Спасибо Stacey Schneider и Groklaw за ссылку на статью Эрика Маскина, новоиспеченного нобелевского лауреата по экономике. Статья (PDF, 192Kb) "Последовательная инновация, патенты и имитация" впервые была опубликована в 1999 году, а затем обновлена в 2006. В ней Эрик Маскин вместе с Джеймсом Бессеном рассматривают два варианта развития изобретательской деятельности: в так называемой статической модели и модели последовательных изобретений.

Статическая модель описывает ситуацию, где для защиты уже вложенных в изобретение усилий используется система патентования: в обмен на раскрытие информации об изобретении, изобретатель получает возможность эксклюзивных прав на эксплуатацию своего изобретения. Таким образом, другой изобретатель не строит свои изобретения поверх уже существующих, а вынужден "изобретать колесо" или покупать лицензию на существующую разработку. В моделях уделяется внимание не только выгодам, которые получают изобретатели, но и тому, что же получит социальная среда, в которой живет изобретатель и которой используется это изобретение. В статической модели установленные законы (система патентования) не только защищает изобретателя от имитации, но и увеличивает риск дополнительных затрат на исследования со стороны альтернативного изобретателя-потенциального имитатора. Отсутствие патентной защиты в такой системе ведет к тому, что баланс (межкорпоративного) уровня вложений в изобретения не будет превышать уровень социального оптимума, а наличие системы патентования всегда выводит такой баланс выше уровня социального оптимума. То есть, в статической системе (никто не стоит на плечах гигантов, все стремятся самостоятельно стать гигантами) патенты скорее добро, чем зло. При этом лицензирование патентов другим не увеличивает общий доход (в том числе и социальный) участников, а лишь перераспределяет некий потенциальный максимум этого дохода.

Более того, Маскин и Бессен показывают, что в статической системе наличие конкуренции является сдерживающим фактором для инноваций. Компании, которые занимаются исследованиями и инновациями в условиях статической модели всегда имеют меньший "выхлоп" от этой деятельности, если у них есть конкуренты.

Последовательная модель рассматривает иную ситуацию, более реалистичную: исследования и открытия строятся на использовании предыдущих знаний и открытий всей социальной среды. То есть, инновации и изобретения в конкретный момент времени есть лишь звено в цепи инноваций, протяженной во времени.

В последовательной модели баланс (межкорпоративного) уровня вложений в исследования и разработку при отсутствии патентов меньше, чем уровень социального оптимума, однако и неэффективность использования вложений в этом случае меньше по сравнению со статической моделью с патентной системой. Далее, для социальной среды общий "выхлоп" исследовательской деятельности компаний выше при отсутствии патентной системы, аналогичный вывод сохраняется и для самих компаний, ведущих разработку. То есть, последовательная модель без патентной системы выгодна обществу в целом и выгодна изобретателям. Защита изобретателей в такой модели осуществляется на основании аттрибутивных законов (авторского права), а не запретов имитации.

Но отсутствие патентной системы в последовательной модели означает появление имитаторов и, как следствие, конкуренции. А конкуренция среди имитаторов-изобретателей положительно сказывается и на обществе, и на изобретателях.

Эта работа является, фактически, математическим обоснованием эффективности деятельности, осуществляемой сообществом разработчиков и пользователей свободного ПО. Свободные лицензии, опираясь на законы об авторском праве, выстраивают систему аттрибутивного вознаграждения изобретателей, при этом гарантируя свободу каждому гражданину социума на "превращение" в изобретателя.

Отличная статья на Bit of News об экономике доллара и почему правительство США запретило перерабатывать и вывозить из страны металлические монеты.